Пост опубликован: 03.03.2021

«Снятся кошмары — он, его дом»: эксклюзивное интервью с узницей скопинского маньяка Катей Мартыновой накануне его освобождения

Екатерина Мартынова

3 года, 7 месяцев, 4 суток и 15 часов — столько провели в плену у скопинского маньяка Виктора Мохова рязанские школьницы Лена Самохина и Катя Мамонтова (ныне Мартынова). Их освободили 4 мая 2004-го, и это было настоящее чудо. Родные и не мечтали, что увидят уже оплаканных девушек живыми.

Но возможен ли хэппи-энд в поистине трагической истории? Преступление перепахало множество жизней, и этот ущерб вряд ли получится компенсировать. А теперь подошло к концу и 17-летнее заключение Мохова: 70-летний слесарь, построивший тюрьму во дворе собственного дома, снова окажется на свободе. 

13-летняя Катя и 17-летняя Лена возвращались с городского праздника. Общественный транспорт уже не ходил, и девочки послушались уговоров симпатичного молодого парня, представившегося Лешей. Он сидел на «штурманском» месте рядом с безобидным на вид молчаливым мужчиной. Парень обещал доставить их прямо домой, но все получилось совсем не так. Леша оказался мужеподобной Еленой Бадукиной, помогающей «безобидному» Виктору Мохову заполучить секс-рабынь.

Виктор Мохов

Опоив Катю и Лену наркотическим веществом, Мохов сбросил их в бункер во дворе своего дома в городке Скопине, где они провели несколько лет без воздуха и солнца, претерпевая насилие и пытки. Лена трижды беременела — двоих ее сыновей, рожденных в подземелье, скопинский маньяк подбросил в подъезды многоэтажных домов; а малышка, которую Самохина ждала на момент освобождения, родилась мертвой уже на свободе. 

Девушкам помогла случайность. Воспользовавшись притупившейся бдительностью Мохова, они смогли передать записку его квартирантке — студентке мединститута. Девушка недолго думая отнесла ее в отделение. Полицейская операция. Освобождение. Задержание. Следствие. Суд. И две юные женщины, на пороге взрослой жизни успевшие побывать в аду. 

Лена Самохина полностью отрезала все контакты с внешним миром. Катя Мамонтова решила пойти другим путем — и написала о том, что ей довелось пережить, книгу «Исповедь узницы подземелья». Только сейчас этот человеческий документ впервые выходит отдельным томом в издательстве АСТ.

Woman.ru: Катя, изначально «Исповедь узницы подземелья» была опубликована в 2016 году на онлайн-платформе — по сути, это был самиздат. Главы из книги перепечатывали издания, люди пересылали ее друг другу, она произвела огромное впечатление на всех. И вот теперь книга выходит в свет по-настоящему — в твердой обложке, в виде печатного издания. Текст заново отредактирован, его сопровождает обширное предисловие, а в приложении — все стихи, что вы написали за время заключения в бункере. Почему именно сейчас? 

Екатерина Мартынова: Я с самого начала хотела, чтобы книга вышла в хорошем большом издательстве, но добиваться этого пришлось почти 3 года. Только в ноябре 2020-го я получила предложение от АСТ, начала работать. Выход книги по плану был назначен на март — то, что это совпало с освобождением преступника, случайность. Он должен был освободиться в мае.  

И так вышло, что сначала я писала в издательства, и никто не хотел браться за мою историю, а теперь с коротким перерывом выходят две книги на эту тему: моя «Исповедь узницы подземелья» и документальная книга датского публициста Карстона Графа. Карстон жил в Рязани, сам встречался со всеми, кто участвовал в этой истории. Он составил полноценный психологический профиль преступника, рассказал о его детстве и юности, как ему в голову пришла идея построить бункер. Подробно реконструируется следствие. Очень достоверно, очень много подробностей. Я плакала, когда читала.

Woman.ru: Ваши воспоминания и ваше отношение к тому, что вам пришлось пережить, претерпели какие-то изменения после того, как вы ознакомились с работой Карстона?

Е.М: Да. Если я раньше думала, что это просто сумасшедший маньяк, который нас посадил туда и закрыл бункер, то он мне открылся совершенно с другой стороны. Холодный, расчетливый. Он так долго работал над этим бункером, так долго замышлял это, у него было несколько провальных попыток завладеть другими девушками. Я была поражена тем, что было скрыто: получается, 3,5 года я с ним общалась, находясь там, и не знала о нем ничего, о том, насколько детально продуман был его план.

Woman.ru: У  вас была потребность это узнать? 

Е.М: Получается, была. Я еще более явно осознала, какое чудо, что мы спаслись. От такого человека, каким его узнала я, было трудно убежать, это больше счастливый случай. И мне стало еще страшнее оттого, что я была у него в руках. 

Woman.ru:  Девушка, которая помогла вам, через которую вы передали записку, вы с ней какую-то связь потом поддерживали? Интересно, как сложилась ее судьба?

Е.М: Я ни разу ее не видела потом. Ее даже на суде не было, и я знаю, что она полностью дистанцировалась от этой истории. Я понимаю ее, это очень сильные переживания. Если вдруг она прочитает это интервью — она наш спаситель, мой спаситель, я ей благодарна от всей души и всю жизнь буду помнить ее поступок. Спасибо ей. Если бы она отнеслась к нашей записке равнодушно или пренебрежительно, у нас не было бы ни малейшего шанса. 

Woman.ru: Лена Самохина, насколько известно, тоже полностью закрылась и не поддерживает общение с вами. Вам бы хотелось, чтобы она прочитала вашу книгу и новую книгу Карстона? 

Е.М.: Я почему-то уверена, что она их прочитает, хотя она прервала все общение со мной еще в 2006-м, спустя полтора года после освобождения. Но я знаю, что она живет в Рязани, преподает английский язык. Она замужем, у нее все хорошо.

Woman.ru: А вот Мохов только рад что-то рассказать о себе…

Е.М.: Он себя позиционирует как добрый дедушка, от которого никакого подвоха ждать не надо. Но, конечно, он себя хочет оправдать, потому что с самого начала было понятно, что по окончании срока ему придется вернуться в старый дом в Скопине, жить среди людей, которые знают, что он сделал, что в этом доме происходило. Бункер, кстати, затоплен сейчас — я там была в сентябре на съемках фильма для федерального телеканала, видела сама, там вода стоит доверху, мусор плавает. 

Он показывает, что он такой хороший, но на самом деле, конечно, он не исправился. Сколько он давал интервью, он ни разу не попросил у нас прощения. Там даже не звучало ни разу, что он сожалеет о чем-то. Он говорил, что он нас любил, что мы чуть ли не добровольно с ним жили. Но это полностью его извращенное восприятие. 

Екатерина Мартынова и Елена Самохина

Woman.ru: Он пытался выйти с вами на связь из тюрьмы?

Е.М.: Он мне писал. В 2018 году я получила бумажное письмо. Открыла почтовый ящик и не поняла даже сначала, что это, от кого, откуда. И как только поняла — порвала это письмо, выбросила. Потом посидела 10 минут, отдышалась. Письмо достала из ведра, соединила эти кусочки, прочла. Но там ничего нового не было написано. Во-первых, он говорил о том, что я преувеличиваю и на самом деле не все так плохо было, он нас не бил, голодом не морил, относился к нам отлично. И еще написал, что у него есть какой-то компромат на нас, и он всем расскажет, какие мы на самом деле. 

Woman.ru: Как вы думаете, что его заставило написать это письмо? Что ему это дало?

Е.М: Это было вскоре после того, как книга появилась в интернете и меня показали по телевизору. Думаю, поэтому он написал. Меня напугало, что он узнал мой адрес… Я два раза переехала с тех пор. 

Woman.ru: Теоретически вы готовы к встрече с ним? Человек абсолютно лишен какого-то раскаяния и, видимо, жаждет реакции общественности.

Е.М.: У меня есть мысли, что он может меня искать. Не знаю пока, для чего, не могу сформулировать. То ли отомстить, то ли увидеть, то ли высказаться. И реакции, конечно, он тоже ищет. Его чуть ли не как телезвезду будут встречать у порога тюрьмы. Плюс каналы ему будут платить большие деньги за появление в эфире. Он выйдет и моментально станет богатым. 

Woman.ru: Какие эмоции вы из-за этого испытываете? 

Е.М.: Мне очень неприятно. Этот человек вообще не заслуживает свободы, не то что гонораров огромных, а еще его будут показывать на всю страну и как-то отождествлять со мной это все. Он вышел, все захотят нас столкнуть лбами, организовать какую-то встречу, и эти попытки уже мне противны. И я не знаю выхода из ситуации. Просто закрыться и не давать интервью, ни с кем не разговаривать?  Я тоже так не могу. Но ни на какие провокации и попытки свести нас под прицелом телекамер я не буду реагировать, это моя принципиальная позиция. 

Woman.ru: Денис, ваш муж, читал «Исповедь»? 

Е.М.: Читал и плакал. Но мы ее, можно сказать, не обсуждали. Он сказал: «Мне сложно об этом говорить, я делаю все для того, чтобы думать, что это два разных человека: ты, и еще есть какая-то девушка. Потому что иначе невыносимо».

Woman.ru: А у вас есть такое впечатление? Та Катя из книги, ребенок, и эта взрослая женщина Катя, счастливая жена, мать двоих детей…

Е.М.: Есть. Есть такое ощущение. После того, как я написала рукопись, оно все осталось там. Как будто какая-то фантазия. Можно сказать, что я еще и поэтому хотела, чтобы рукопись была издана в виде «настоящей» книги. Там много факторов, и один из них — понять, что есть книжная героиня, а есть я. А второй важный момент — я хочу, чтобы ее читали. Я знаю, что моя история сможет кого-то поддержать в беспросветный момент, показать, что чудо может произойти. Что нужно верить и беречь надежду.

Екатерина Мартынова с мужем и детьми

Woman.ru: Катя, а когда вы садились в ту машину 30 сентября 2000 года, где-то мелькнули в памяти многочисленные истории про преступления против девочек, женщин? 

Е.М.: Нет. Только когда я там оказалась, в этом подземелье, я, наверное, поняла, что бывают такие люди. Если какую-то чернуху показывали по телевизору, родители нам с сестрой не разрешали смотреть, а сами мы не искали такую информацию. Я вообще ни о каких таких случаях не знала, мы только мультфильмы и детские передачи смотрели, газеты не читали, во дворе не обсуждали ничего такого. 

Woman.ru: Сейчас вы человек с определенным жизненным опытом, дважды стали мамой. Ваше отношение к информированию детей изменилось? 

Е.М.: Конечно, безусловно. Но я не могу пока сказать, с какого возраста мы должны это говорить. Моей дочке 6 лет, она со мной совсем не расстается, как хвостик. Наверное, это все зависит от самого ребенка. Некоторые развиваются быстрее, некоторые позже, поэтому каждый родитель должен решать, когда и в каком объеме, какими словами и примерами предостерегать. Но делать это нужно обязательно, и не только родителям девочек. Свою историю я своим детям тоже обязательно расскажу сама, но я хочу как-то так ее сформулировать, чтобы они не думали, что я непрерывно мучалась, страдала, это более сложный опыт, и мне важно его правильно им объяснить.

Woman.ru: Но как вы думаете, это могло бы не дать вам сесть в ту машину? Если бы вы больше знали о том, что может с девочкой произойти?

Е.М.: Такой трудный вопрос. Скорее нет, чем да. Потому что подростки, они все такие бесшабашные в какой-то степени. Когда им говорят «нет», наоборот, хочется сделать все вопреки. Там многие после этого городского праздника садились в машины. Кто-то благополучно приехал домой к себе, а мы почти на 4 года остались в бункере.

Woman.ru: Не менее жутким персонажем, чем Мохов, в этой истории остается его сообщница Елена Бадукина, которая прикинулась симпатичным парнем и усыпила вашу бдительность, а потом не сделала ничего, чтобы вас освободить, хотя ваши фотографии висели по всей Рязанской области, и она знала, к кому вы попали в плен и при каких обстоятельствах… 

Е.М.: Мне с ней пришлось участвовать в одной программе, и это было ужасно. Я не знала, что она будет в студии, меня не предупредили. Потом уже мне рассказали, что после выхода из тюрьмы она работала таксисткой в Рязани. А я тогда там жила и часто пользовалась такси. Узнала — перестала вызывать.

Как сообщница скопинского маньяка помогла ему заманить в ловушку двух школьниц и 4 года продержать их в подземном бункере

Не могу сказать, что мне было страшно, но она неприятна просто сама по себе. Она бы мне ничего не сделала, но снова быть в замкнутом пространстве с этим человеком я бы не согласилась ни за что. Наказание, которое ей дали, просто смешное — 5,5 лет. Она все знала. И ей было абсолютно безразлично, что с нами произошло. 

Елена Бадукина

Woman.ru: Вам снятся сны? 

Е.М.: Сны мне снятся, и часто снятся кошмары. Не каждую ночь, но сюжеты повторяются, я просыпаюсь от собственного крика. Мне снится Мохов, снится его дом. Снится, что я хочу убежать, но у меня не получается. И когда я просыпаюсь, я понимаю, что я уже не там, и хочется побыстрее проснуться и убедиться, что я в безопасности. 

Woman.ru: А были в вашей жизни периоды, когда вы надолго совершенно забывали о том, что с вами произошло? 

Е.М.: Был такой период, это 2012–2014 годы. Я была увлечена работой, у меня был безумный роман. Но потом я забеременела старшим сыном — и вернулись воспоминания. Я снова пережила Ленины роды в бункере. Когда у меня были схватки, я как будто опять оказалась там, с ней. Это было очень тяжело. И, кстати, именно тогда я и решила написать книгу, чтобы как-то избавиться от этих воспоминаний, разложить по полочкам все, отделить себя от этой истории. 

Woman.ru: Вы упомянули, что не хотите, чтобы дети считали ваше заточение опытом бессмысленного страдания. Как вы для себя его определяете тогда? 

Е.М.: Все то время, что прошло после моего освобождения, я доказываю, что мне не стыдно за то, что со мной произошло. Мне многие говорили, что нужно поменять имя, город, потому что стыд… А мне стыдно только, когда меня жалеют. Я не жертва. И то, что произошло со мной, могло произойти с любым человеком, и этого не надо стыдиться. Наоборот, об этом надо говорить, чтобы предотвратить такие ситуации, чтобы преступники получали по заслугам.

Мне важно, чтобы женщины, которые пережили подобную ситуацию, тоже не стыдились. Они думают: это я сама виновата, я же лишнего выпила, я же села в машину, я же виновата. А виноват только тот человек, который сделал это. Очень важно менять в нашем обществе устоявшееся предвзятое отношение к пострадавшим и добиваться, чтобы преступники несли наказание за разрушенные жизни.

Woman.ru: Вы так же считали всегда? Или это со временем к вам пришло?

E.М.: Наверное, это пришло со временем. Когда я вернулась домой, мысли вообще все расползались, у меня не было четкой позиции вообще ни по какому вопросу, я почти 4 года была в изоляции. Но за прошедшие годы я проработала себя, и сейчас у меня такая позиция, которую я отстаиваю.

Woman.ru: Что помогало вам в подземелье поддерживать собственное психическое равновесие? 

Е.М.: Когда я рисовала, то погружалась в какой-то другой мир. Для меня переставал существовать этот бункер, и голова и мысли отдыхали. Я набиралась сил для того, чтобы жить дальше. И стихи я писала для той же цели. 

Woman.ru: А сейчас занимаетесь каким-то творчеством?  

Е.М.: Шью одежду для дочкиных кукол, делаю домики для ее Барби. А вот дочка очень любит рисовать, рисует бесконечно, уже складывать некуда. Экспозицию на холодильнике постоянно меняем. Сын не рисует, но вот в музыкальной школе учится, играет на домре. Я тоже играла в детстве, но доучилась только до 3 класса, потом сказали, что пальцы слабые. Поэтому первый вопрос у меня был, когда сын пошел учиться — пальцы подходящие? Да, говорят, отличные сильные пальцы. 

Woman.ru: Хотите еще детей?

Е.М.: Очень хочу, и надеюсь, что будут. Я замужем в третий раз, с Денисом мы вместе с 2017-го, но поженились официально год назад. Дети считают его папой — у сына папы, получается, нет, а с отцом дочки мы в нормальных отношениях, но она все равно решила вслед за братом  называть Дениса папой. Я долго искала мужчину, который мне подходит, и нашла. Мне с Денисом очень хорошо. Он беларус, родом из Полоцка, мы там были несколько раз, я ни на одном курорте так не отдыхала, как у него на родине. 

Сейчас Екатерина замужем и воспитывает сына и дочку

1 из 11

Woman.ru: У вас есть мечта? 

Е.М.: Я хочу большой дом в живописном месте, чтобы вокруг были озера, леса. Чтобы был свой огородик, можно было что-то сажать и цветы выращивать. И очень хочу собственную отдельную комнату, чтобы я могла там рисовать, мольберт поставить. Сейчас у меня, получается, своего пространства нет, где я могла бы уединиться, все помещения в доме — детские. А хочется, чтобы у всех было свое место, и чтобы все были рядом. Такая мечта.

Фото: из личного архива Екатерины Мартыновой